Заколдованное место - Николай Васильевич Гоголь

^ Заколдованное место


Бывальщина, рассказанная дьячком ***ской церкви

Ей богу, уже надоело говорить! Да что вы думаете? Право, скучновато: рассказывай, ну и рассказывай, и отвязаться нельзя! Ну, извольте, я расскажу, только, ей ей, в последний Заколдованное место - Николай Васильевич Гоголь раз. Да, вот вы гласили насчет того, что человек может справиться, как молвят, с нечистым духом. Оно естественно, другими словами, если хорошо поразмыслить, бывают на свете всякие случаи… Но ж не гласите Заколдованное место - Николай Васильевич Гоголь этого. Захотит обморочить дьявольская сила, то обморочит; ей богу, обморочит! Вот извольте созидать: нас всех у отца было четыре. Я тогда был еще дурень. Всего мне было лет одиннадцать; так Заколдованное место - Николай Васильевич Гоголь нет же, не одиннадцать: я помню как сейчас, когда раз побежал было на четвереньках и стал лаять по собачьи, батько заорал на меня, покачав головою: «Эй, Фома, Фома! тебя женить пора, а ты дуреешь, как Заколдованное место - Николай Васильевич Гоголь юный лошак!» Дед был еще тогда живой и на ноги — пусть ему просто ткнется на том свете — достаточно крепок. Бывало, вздумает…

Да что ж так говорить? Один выгребает из печки битый Заколдованное место - Николай Васильевич Гоголь час уголь для собственной трубки, другой зачем то побежал за комору. Что, по правде!.. Добро бы поневоле, а то ведь сами же напросились. Слушать так слушать!

Батько еще сначала весны повез в Крым Заколдованное место - Николай Васильевич Гоголь на продажу табак. Не помню только, два либо три воза снарядил он. Табак был тогда в стоимости. С собою взял он трехгодового брата — приучивать заблаговременно чумаковать. Нас осталось: дед, мама, я, да Заколдованное место - Николай Васильевич Гоголь брат, да еще брат. Дед засеял баштан на самой дороге и перебежал жить в курень; взял и нас с собою гонять воробьев и 40 с баштану. Нам это было нельзя сказать Заколдованное место - Николай Васильевич Гоголь чтоб худо. Бывало, наешься в денек столько огурцов, дынь, репы, цибули, гороху, что в животике, ей богу, будто бы петушки кричат. Ну, оно притом же и доходно. Проезжие толкутся по дороге Заколдованное место - Николай Васильевич Гоголь, всякому захочется полакомиться арбузом либо дынею. Да из близлежащих хуторов, бывало, нанесут на обмен кур, яиц, индеек. Житье было не плохое.

Но деду более всего любо было то, что чумаков каждый денек возов Заколдованное место - Николай Васильевич Гоголь 50 проедет. Люд, понимаете, опытный: пойдет говорить — только уши развешивай! А деду это все равно что голодному галушки. Другой раз, бывало, случится встреча с старенькыми знакомыми, — деда всякий уже знал, — сможете посудить сами, что бывает Заколдованное место - Николай Васильевич Гоголь, когда соберется старье: тара, тара, тогда то да тогда то, такое то да такое то было… ну, и разольются! вспомнят бог знает когдашнее.

Раз, — ну вот, право, будто бы сейчас Заколдованное место - Николай Васильевич Гоголь случилось, — солнце стало уже садиться; дед прогуливался по баштану и снимал с арбузов листья, которыми прикрывал их деньком, чтобы не попеклись на солнце

— Смотри, Остап! — говорю я брату, — вон чумаки движутся!

— Где Заколдованное место - Николай Васильевич Гоголь чумаки? — произнес дед, положивши значок на большой дыне; чтоб на случай не съели хлопцы.

По дороге тянулось точно возов 6. Впереди шел чумак уже с сизыми усами. Не дошедши шагов — вроде бы вам Заколдованное место - Николай Васильевич Гоголь сказать — на 10, он тормознул.

— Здорово, Максим! Вот привел бог где увидеться!

Дед прищурил глаза:

— А! здорово, здорово! откуда бог несет? И Болячка тут? здорово, здорово, брат! Что за бес! да здесь все: и Крутотрыщенко Заколдованное место - Николай Васильевич Гоголь! и Печерыця и Ковелек! и Стецько! здорово! А, га, га! го, го!.. — И пошли лобзаться.

Волов распрягли и пустили пастись на травку. Возы оставили на дороге; а сами сели все в кружок впереди Заколдованное место - Николай Васильевич Гоголь куреня и закурили люльки. Но куда уже здесь до люлек? за россказнями да за раздобарами навряд ли и по одной досталось. После полдника стал дед потчевать гостей дынями. Вот каждый, взявши Заколдованное место - Николай Васильевич Гоголь по дыне, обчистил ее чистенько ножом (калачи все были тертые, мыкали много, знали уже, как едят в свете; пожалуй, и за панский стол хоть на данный момент готовы сесть), обчистивши хорошо Заколдованное место - Николай Васильевич Гоголь, проткнул каждый пальцем дырочку, испил из нее кисель, стал резать по кускам и класть в рот.

— Что же вы, хлопцы, — произнес дед, — рты свои разинули? танцуйте, собачьи детки! Где, Остап, твоя Заколдованное место - Николай Васильевич Гоголь сопилка? А ну ка козачка! Фома, берись в боки! ну! вот так! гей, гоп!

Я был тогда малый подвижной. Старость окаянная! сейчас уже не пойду так; заместо всех выкрутасов ноги только спотыкаются. Длительно глядел Заколдованное место - Николай Васильевич Гоголь дед на нас, сидя с чумаками. Я замечаю, что у него ноги не постоят на месте: так, будто бы их что нибудь дергает.

— Смотри, Фома, — произнес Остап, — если старенькый хрен Заколдованное место - Николай Васильевич Гоголь не пойдет плясать!

Что ж вы думаете? не успел он сказать — не терпел старичина! захотелось, понимаете, прихвастнуть пред чумаками.

— Вишь, чертовы детки! разве так пляшут? Ах так пляшут! — произнес он, поднявшись на ноги Заколдованное место - Николай Васильевич Гоголь, протянув руки и ударив каблуками.

Ну, нечего сказать, танцевать то он плясал так, хоть бы и с гетьманшею. Мы посторонились, и пошел хрен вывертывать ногами по всему гладкому месту, которое было около грядки Заколдованное место - Николай Васильевич Гоголь с огурцами. Только-только дошел, но ж до половины и желал разгуляться и выметнуть ногами на вихорь какую то свою штуку, — не поднимаются ноги, ну и только! Что за пропасть! Разогнался опять Заколдованное место - Николай Васильевич Гоголь, дошел до середины — не берет! что хочь делай: не берет, ну и не берет! ноги как древесные стали! «Вишь, дьявольское место! вишь, сатанинское наваждение! впутается же ирод, неприятель рода людского!»

Ну Заколдованное место - Николай Васильевич Гоголь, как наделать страму перед чумаками? Пустился опять и начал чесать дробно, мелко, любо глядеть; до середины — нет! не вытанцывается, ну и много!

— А, шельмовский сатана! чтобы ты подавился гнилою дынею! чтобы еще небольшим издохнул Заколдованное место - Николай Васильевич Гоголь, собачий отпрыск! вот на старость наделал стыда какого!..

И по правде сзади кто то засмеялся. Обернулся: ни баштану, ни чумаков, ничего; назади, впереди, по сторонам — гладкое поле.

— Э! ссс Заколдованное место - Николай Васильевич Гоголь… вот для тебя на!

Начал прищуривать глаза — место, кажись, не совершенно незнакомое: с боковой стороны лес, из за леса торчал какой то шест и виделся прочь далековато в небе. Что за пропасть Заколдованное место - Николай Васильевич Гоголь! да это голубятня, что у попка в огороде! С другой стороны тоже что то сереет; вгляделся: гумно волостного писаря. Вот куда затащила нечистая сила! Поколесивши кругом, натолкнулся он на дорожку. Месяца не было; белоснежное пятно Заколдованное место - Николай Васильевич Гоголь мерцало заместо него через тучу. «Быть завтра большенному ветру!» — поразмыслил дед. Глядь, в стороне от дорожки на могилке вспыхнула свечка.

— Вишь! — стал дед и руками подперся в бока, и глядит Заколдованное место - Николай Васильевич Гоголь: свечка потухла; вдалеке и мало подалее загорелась другая. — Клад! — заорал дед. — Я ставлю бог знает что, если не клад! — и уже поплевал было в руки, чтоб копать, да спохватился, что нет при Заколдованное место - Николай Васильевич Гоголь нем ни заступа, ни лопаты. — Эх, жалко! ну, кто знает, может быть, стоит только поднять гумус, а он здесь и лежит, голубчик! Нечего делать, назначить, по последней мере, место, чтоб не позабыть после Заколдованное место - Николай Васильевич Гоголь!

Вот, перетянувши сломленную, видно вихрем, приличную ветку дерева, навалил он ее на ту могилку, где горела свечка, и пошел по дорожке. Юный дубовый лес стал редеть; мелькнул плетень. «Ну, так! не гласил Заколдованное место - Николай Васильевич Гоголь ли я, — поразмыслил дед, — что это попова левада? Вот и плетень его! сейчас и версты нет до баштана».

Поздненько, но ж, пришел он домой и галушек не возжелал есть. Разбудивши Заколдованное место - Николай Васильевич Гоголь брата Остапа, спросил только, издавна ли уехали чумаки, и обвернулся в тулуп. И когда тот начал было спрашивать:

— А куда тебя, дед, черти разделяй сейчас?

— Не спрашивай, — произнес он, завертываясь еще крепче, — не спрашивай Заколдованное место - Николай Васильевич Гоголь, Остап; не то поседеешь! — И захрапел так, что воробьи, которые забрались было на баштан, поподымались с перепугу на воздух. Но где уж там ему спалось! Нечего сказать, хитрецкая была бестия Заколдованное место - Николай Васильевич Гоголь, дай боже ему царствие небесное! — умел отвертеться всегда. Другой раз такую запоет песню, что губки станешь кусать.

На другой денек, чуток только стало смеркаться в поле, дед надел свитку, запоясался, взял под мышку заступ Заколдованное место - Николай Васильевич Гоголь и лопату, надел на голову шапку, испил кухоль сировцу, утер губки полою и пошел прямо к попову огороду. Вот минул и плетень, и низенький дубовый лес. Промеж деревьев вьется дорожка и выходит Заколдованное место - Николай Васильевич Гоголь в поле. Кажись, та. Вышел и на поле — место точь в точь вчерашнее: вон и голубятня торчит; но гумна не видно. «Нет, это не то место. То, стало быть, подалее; необходимо, видно, поворотить Заколдованное место - Николай Васильевич Гоголь к гумну!» Поворотил вспять, стал идти другою дорогою — гумно видно, а голубятни нет! Снова поворотил ближе к голубятне — гумно спряталось. В поле, как нарочно, стал крапать дождь. Побежал опять к гумну Заколдованное место - Николай Васильевич Гоголь — голубятня пропала; к голубятне — гумно пропало.

— А чтобы ты, окаянный сатана, не дождал деток собственных созидать!

А дождик пустился, будто бы из ведра.

Вот, скинувши новые сапоги и обернувши в хустку, чтоб Заколдованное место - Николай Васильевич Гоголь не покоробились от дождика, задал он такового бегуна, будто бы панский иноходец. Влез в курень, промокши насквозь, накрылся тулупом и принялся ворчать что то через зубы и приголубливать черта такими словами, какие Заколдованное место - Николай Васильевич Гоголь я еще отроду не слыхивал. Признаюсь, я бы, правильно, побагровел, если б случилось это посреди денька.

На другой денек пробудился, смотрю: уже дед прогуливается по баштану как ни в чем Заколдованное место - Николай Васильевич Гоголь же не бывало и прикрывает лопухом арбузы. За обедом снова старичина разговорился, стал пугать наименьшего брата, что он поменяет его на кур заместо арбуза; а пообедавши, сделал сам из дерева пищик и Заколдованное место - Николай Васильевич Гоголь начал на нем играть; и отдал нам забавляться дыню, свернувшуюся в три смерти, как будто змею, которую называл он турецкою. Сейчас таких дынь я нигде и не видывал. Правда семечки ему что Заколдованное место - Николай Васильевич Гоголь то издалека достались.

Ввечеру, уже повечерявши, дед пошел с заступом прокопать новейшую грядку для поздних тыкв. Стал проходить мимо того заколдованного места, не терпел, чтоб не проворчать через зубы: «Проклятое место!» — взошел Заколдованное место - Николай Васильевич Гоголь на середину, где не вытанцывалось позавчера, и стукнул в сердцах заступом. Глядь, вокруг него снова то же самое поле: с одной стороны торчит голубятня, а с другой гумно. «Ну, отлично, что додумался взять Заколдованное место - Николай Васильевич Гоголь с собою заступ. Вон и дорожка! вон и могилка стоит! вон и ветка повалена! вон вон пылает и свечка! Вроде бы только не ошибиться».

Потихоньку побежал он, поднявши заступ ввысь, будто Заколдованное место - Николай Васильевич Гоголь бы бы желал им попотчевать кабана, затесавшегося на баштан, и тормознул перед могилкою. Свечка погасла; на могиле лежал камень, заросший травою. «Этот камень необходимо поднять!» — пошевелил мозгами дед и начал обкапывать сго со Заколдованное место - Николай Васильевич Гоголь всех боков. Велик окаянный камень! вот, но ж, упершись прочно ногами в землю, пихнул он его с могилы. «Гу!» — пошло по равнине. «Туда для тебя и дорога! Сейчас живее пойдет дело».

Здесь дед Заколдованное место - Николай Васильевич Гоголь тормознул, достал рожок, насыпал на кулак табаку и готовился было поднести к посу, как вдруг над головою его «чихи!» — чихнули что то так, что покачнулись деревья и деду забрызгало все лицо.

— Отворотился Заколдованное место - Николай Васильевич Гоголь хоть бы в сторону, когда хочешь чихнуть! — проговорил дед, протирая глаза. Огляделся — никого нет. — Нет, не любит, видно, черт табаку! — продолжал он, кладя рожок в пазуху и принимаясь за заступ Заколдованное место - Николай Васильевич Гоголь. — Дурень же он, а такового табаку ни деду, ни папе его не доводилось нюхать!

Стал копать — земля мягенькая, заступ так и уходит. Вот что то звукнуло. Выкидавши землю, увидел он котел.

— А Заколдованное место - Николай Васильевич Гоголь, голубчик, вот где ты! — вскрикнул дед, подсовывая под него заступ.

— А, голубчик, вот где ты! — запищал птичий нос, клюнувши котел.

Посторонился дед и выпустил заступ.

— А, голубчик, вот где ты! — заблеяла баранья Заколдованное место - Николай Васильевич Гоголь голова с вершины дерева.

— А, голубчик, вот где ты! — заревел медведь, высунувши из за дерева свое рыло.

Дрожь проняла деда.

— Да здесь жутко слово сказать! — проворчал он про себя.

— Тут жутко слово сказать! — пискнул Заколдованное место - Николай Васильевич Гоголь птичий нос.

— Страшно слово сказать! — заблеяла баранья голова.

— Слово сказать! — ревнул медведь.

— Гм… — произнес дед и сам перепугался.

— Гм! — пропищал нос.

— Гм! — проблеял баран.

— Гум! — заревел медведь.

Со ужасом повернулся он: боже Заколдованное место - Николай Васильевич Гоголь ты мой, какая ночь! ни звезд, ни месяца; вокруг провалы; под ногами круча без дна; над головою свесилась гора и вот вот, кажись, так и желает оборваться на него! И Заколдованное место - Николай Васильевич Гоголь чудится деду, что из за нее мигает какая то харя: у! у! нос — как мех в кузнице; ноздри — хоть по ведру воды влей в каждую! губки, ей богу, как две колоды! красноватые глаза Заколдованное место - Николай Васильевич Гоголь выкатились наверх, и к тому же язык высунула и дразнит!

— Черт с тобою! — произнес дед, бросив котел. — На для тебя и клад твой! Экая гадкая морда! — и уже ударился было бежать Заколдованное место - Николай Васильевич Гоголь, да осмотрелся и стал, увидевши, что все было по прежнему. — Это только стращает нечистая сила!

Принялся опять за котел — нет, тяжел! Что делать? Здесь же не бросить! Вот, собравши все силы, ухватился он за Заколдованное место - Николай Васильевич Гоголь него руками.

— Ну, разом, разом! еще, еще! — и вынул! — Ух! Сейчас понюхать табаку!

Достал рожок; до этого, но ж, чем стал насыпать, огляделся хорошо, нет ли кого: кажись, что нет Заколдованное место - Николай Васильевич Гоголь; но вот чудится ему, что пень дерева пыхтит и дуется, показываются уши, наливаются красноватые глаза; ноздри раздулись, нос поморщился и вот так и собирается чихнуть. «Нет, не понюхаю табаку, — помыслил дед, спрятавши рожок Заколдованное место - Николай Васильевич Гоголь, — снова заплюет сатана очи». Схватил быстрее котел и давай бежать, сколько доставало духу; только слышит, что сзади что то так и чешет прутками по ногам… «Ай! ай, ай!» — покрикивал только дед, ударив Заколдованное место - Николай Васильевич Гоголь во всю мочь; и как добежал до попова огорода, тогда только перевел мало дух.

«Куда это зашел дед?» — задумывались мы, дожидаясь часа три. Уже с хутора издавна пришла мама и принесла Заколдованное место - Николай Васильевич Гоголь горшок жарких галушек. Нет ну и нет деда! Стали снова вечерять сами. После вечера вымыла мама горшок и находила очами, куда бы вылить помои, так как вокруг все были гряды; как лицезреет, идет, прямо к Заколдованное место - Николай Васильевич Гоголь ней навстречу кухва. На небе было таки темненько. Правильно, кто нибудь из хлопцев, шаля, спрятался сзади и подталкивает ее.

— Вот кстати, сюда вылить помои! — произнесла и вылила жаркие помои.

— Ай! — заорало Заколдованное место - Николай Васильевич Гоголь басом.

Глядь — дед. Ну, кто его знает! Ей богу, задумывались, что бочка лезет. Признаюсь, хоть оно и порочно малость, а, право, забавно показалось, когда седоватая голова деда вся была окунута в Заколдованное место - Николай Васильевич Гоголь помои и обвешана корками с арбузов и дыней.

— Вишь, чертова баба! — произнес дед, утирая голову полою, — как опарила! будто бы свинью перед рождеством! Ну, хлопцы, будет вам сейчас на бублики! Будете, собачьи Заколдованное место - Николай Васильевич Гоголь малыши, ходить в золотых жупанах! Посмотрите ка, поглядите сюда, что я вам принес! — произнес дед и открыл котел.

Что ж бы, вы задумывались, такое там было? ну, по малой мере, подумавши, хорошо, а? золото Заколдованное место - Николай Васильевич Гоголь? Вот то то, что не золото: сор, дрязг… постыдно сказать, что такое. Плюнул дед, кинул котел и руки после того вымыл.

И с той поры заклял дед и нас веровать Заколдованное место - Николай Васильевич Гоголь когда либо черту.

— И не думайте! — гласил он нередко нам, — все, что ни произнесет неприятель господа Христа, все солжет, собачий отпрыск! У него правды и на копейку нет!

И, бывало, чуток только Заколдованное место - Николай Васильевич Гоголь услышит старик, что в ином месте беспокойно:

— А ну те, ребята, давайте крестить! — заорет к нам. — Так его! так его! хорошо! — и начнет класть кресты. А то окаянное место, где не Заколдованное место - Николай Васильевич Гоголь вытанцывалось, заградил плетнем, повелел кидать все, что ни есть непотребного, весь бурьян и сор, который выгребал из баштана.

Итак вот как морочит нечистая сила человека! Я знаю отлично эту землю: после того Заколдованное место - Николай Васильевич Гоголь нанимали ее у батька под баштан примыкающие козаки. Земля славная! и сбор всегда бывал на чудо; но на заколдованном месте никогда не было ничего хорошего. Засеют как надо, а взойдет такое, что Заколдованное место - Николай Васильевич Гоголь и разобрать нельзя: арбуз не арбуз, тыква не тыква, огурец не огурец… черт знает что такое!

zakon-nizhegorodskoj-oblasti-ob-oblastnom-byudzhete-na-2012-god-stranica-9.html
zakon-nizhegorodskoj-oblasti.html
zakon-o-bezhencah.html